«Нет, я не Гоголь, я другой…» Сленг, комплексы и оптимизм Тимура Шаова

Юмор – как одобрение под маской осмеяния; ирония – как осмеяние под маской одобрения. Неутомимый сатирический задор, освещенный тонким лиризмом в описании русской жизни, такой родной, постылой и горемычной. Обычно этих компонентов достаточно, чтобы умчаться по гоголевской стезе. Тимур Шаов, воспевший птицу-девятку – не Русь-тройку, а популярную в 90-е машину, – в своем творчестве постоянно блуждает среди великих писателей – настолько «пролитературены» его песни. Его можно сравнить с Аркадием Аверченко: не было, кажется, ни единой жизненной ситуации, предмета быта, рода деятельности, о которых Аверченко не написал бы юмористический рассказ. Так же и Шаов: трудно сказать, о чем он еще не спел, будь то серенада под московскими окнами в минус двадцать, назойливый ночной свистун, семья, решившая завести тигренка, или волшебный напиток виски… Замечательный исполнитель, который, несомненно, займет свое, достойное место в истории авторской песни, Тимур Султанович рассказал о своей семье, о путешествиях и гастролях, о любви к чтению, книгам и русскому языку, о ностальгии по СССР, о планах на будущее и, конечно, о любимой музыке. Гребенщиков и «Сплин», Ким и Городницкий, Эрик Клэптон, Pink Floyd, The Beatles… Динамичное и душевнейшее интервью в квартире на легендарном Шмитовском проезде не смогли испортить даже соседи, долбившие где-то сверху.